Назад к списку

В.Я. Чернышев. Муромские колокола

(Впервые опубликовано в сокращении: "Новая провинция", 6 января 1997 г.) 

Колокольные звоны – неотъемлемая часть русского духовного наследия. Но что мы знаем о муромских колоколах? По данным Писцовой книги 1636 г. в Муроме в начале XVII в. на девятнадцати звонницах находилось 72 колокола, причем, одна из колоколен (в Спасском монастыре) была каменной. Колокола стоили очень дорого, поэтому первоначально они приобретались богатыми, состоятельными людьми: царями и купцами. В 1652 г. известный муромский купец Тарасий Борисов пожертвовал Троицкому монастырю большой колокол, весом в 1600 кг. Его украшала надпись, выполненная вязью: «Лета 7160 (1652 г.) сей колокол приложил в Муроме в новодевич монастырь в дом Живоначальной Троице гостиные сотни муромец торговый человек Тарасий, а по реклому Богдан Борисов сын Цветнов по родителех своих и по своей души, а весу ему 100 пудов»


На звоннице Введенской церкви (на Штабу) вплоть до 1930-х гг. висел уникальный колокол, отлитый знаменитым колокольным мастером Федором Моториным. Были на муромских звонницах и иноземные колокола. Так, например, в Спасском монастыре имелся уникальный голландский колокол, отлитый неким Яковом Нотеманом в Лейвардене. Народное предание связывало появление колокола с именем Петра I . 

Мало кто знает, что некогда колокола отливались и в Муроме. В 1723 г. в городе проживал 78-летний Дмитрий Федоров Кульпин. В документах о нем сказано: «Имеет мастерство медное и льет колокола». Жил Д.Ф. Кульпин в приходе Христорождественской церкви. Известно, что где-то здесь, в центре города у Мясного оврага, стояли кузницы. Вероятно, там и отливал Д.Ф. Кульпин свои колокола. Однако наследников у него не было и кто продолжил его ремесло – мы не знаем.В конце XVIII столетия в Муроме лили колокола купцы Железниковы. Краевед И.П. Мяздриков писал, что это было в 1796 г. Отливка колоколов продолжалась в городе и в первой половине XIX столетия. В 1830 г. во время сильной холеры купцы Петр и Андриан Мяздриковы заказали для местной Вознесенской церкви большой колокол, весом в 200 пуд (3.200 кг.). Причем, очевидец А.А. Титов отмечал: «... слит в Муроме». Старожил Емельянов в своих заметках «Описание бывших пожаров...» свидетельствовал: «1846 г. 23 сентября лили колокол в Благовещенский монастырь в 318 пуд (5.088 кг. – В.Ч.) в поле (выделено нами. – В.Ч.), а 11 октября повесили на колокольню». Таким образом, можно смело утверждать, что в Муроме существовало колокололитейное производство. Судя по весу колоколов, дело было поставлено на широкую ногу. 

Самые большие колокола в Муроме были на соборной колокольне. Архиепископ Савва, служивший с 1842 по 1846 гг. священником в муромском Богородицком соборе, писал о колоколе, пожертвованном в 1845 г.: "... Один из богатых муромских купцов Ефим Иванович Кознов возымел усердие пожертвовать муромскому собору колокол в тысячу пудов. 25-го июля колокол был перевезен из Нижнего Новгорода по Оке в Муром. Первого августа был освящен на берегу реки, а второго, при многочисленном стечении народа, перевезен к собору. Затем я командирован был во Владимир с просьбой к Преосвященнейшему о разрешении принять этот многоценный дар (около 50 тыс. руб.). При этом уполномочен был поднести Архипастырю на счет соборного старосты мешок крупитчатой муки и ведро мадеры ... Владыка рассказал мне как он убеждал Кознова не устроять такого большого колокола для уездного города, а сделать колокол в 500 пудов. Другую же половины суммы употребить на какое-нибудь полезное дело. Но упрямый купец и слышать об этом не хотел, приговаривая: "Большой де колокол из ада душу вызвонит". Надпись на колоколе гласила: "Во славу Святыя Единосущныя Троицы Отца и Сына и Святаго Духа при державе Благочестивейшаго Государя Императора Николая Павловича, Самодержца Всероссийскаго с благословения Преосвященного Парфения Архиепископа Владимирскаго и Суздальскаго в город Муром к Соборной Богородицкой церкви, при протоиерее онаго собора Михаиле Григорьевиче Троепольском вылит сей колокол по усердию и собственным иждивением муромским купцом почетным гражданином в селе Карачарове Евфимием Ивановичем Козновым 1844 г. октября дня. Сей колокол вылит в Ярославле, весу 1049 пуд 10 фунтов (16.824 кг. – В.Ч.). Содержатель завода Иван Порфирьевич Оловянишников мануфактур советник и почетный гражданин Ярославский 1 гильдии купец, мастер Семен Дмитриев Чарышников - Ярославский". Если верить муромским старожилам, колокол имел чрезвычайно приятный звук, а благовест его слышали в ясную погоду за двадцать верст. 

Каждая муромская колокольня имела свой неповторимый звон. Разный вес колоколов, индивидуальная манера звона способствовали существованию самых немыслимых перезвонов. Очень много зависело и от звонарей. Нередко на больших соборных колокольнях звонило несколько звонарей. Причем, главные трели выводил основной звонарь, а второстепенный, фоновый звон, его помощники. Известно, что на главной колокольне Мурома – Соборе Рождества Богородицы – трудилось несколько звонарей. В 1880-е гг. они получали годовое жалование в размере 90 руб. Содержались звонари за счет муромского купеческого общества. Кроме своих основных обязанностей звонари мели двор, убирали снег, кололи дрова. 

До революции существовало неписаное правило: на Пасху любому разрешалось подняться на колокольню и звонить сколько заблагорассудиться. Таких любителей позвонить «во все тяжкие» было немало. Однако, от таких звонарей, больше частью не опытных, зачастую страдали колокола. Нередко они трескались после неосторожного и сильного удара. Желая сохранить колокола от преждевременных повреждений Владимирское епархиальное начальство еще в 1871 г. издало особое постановление, действующее по всей епархии, в том числе и в Муроме: «О том, чтобы пономари и церковные сторожа имели неослабное наблюдение за сохранением колоколов, особенно во время Пасхального звона». 

В 1917 г. была объявлена война старому миру. Патриархальное православие сменил воинственный атеизм. Как важный атрибут православной церкви, колокольный звон стал предметом первых нападок со стороны новой власти. В 1924 г. со страницы газеты «Красны луч» в Муроме впервые прозвучал призыв ограничить звон: «В здании Троицкого монастыря размещены рабочие. Церкви остались в распоряжении «черной братии». Своим обращением «к всевышнему» черная братия Благовещенского и Троицкого монастыря не дает покоя утомленному тяжелой работой трудящемуся люду: ранним утром и вечером безудержно барабанят колокола». Анонимная заметка заканчивалась обращением: «Мое предложение: запретить оглушительный звон, снять колокола и перелить медь на полезные машины». В том же 1924 г. городские власти определило свое отношение к церкви как к социальному институту: «... Никакие звоны, ни малиновые, ни другие в уцелевшие еще колокола ее не спасут ...» Так было найдено обоснование массового уничтожения уникальных памятников архитектуры XVII-XIX вв. Волна разрушений захлестнула и колокола. 

1929 г. стал самым трагичным в истории муромских колоколов. В декабре месяце рабочие кожевенного завода "Труд" потребовали запретить колокольный звон в рождественские дни, предлагая "снять колокола со всех муромских церквей и передать их промышленности ...". Полтора месяца спустя с аналогичным требованием, снять колокола на нужды индустриализации, выступили рабочие поселка "им. 15 МЮДа", расположенного около Благовещенского и Троицкого монастырей . 

В Муроме колокола съемкой колоколов занималась организация Рудметалторг. В 1929 г. сняли колокола бывшего Троицкого женского монастыря; в 1933 г. – с соборной церкви Рождество Богородицы и бывшего Благовещенского мужского монастыря. 

Колокола замолчали на десятилетия. И только осенью 1942 г. после открытия одной из церквей (Благовещенской) ожил робкий, неуверенный, но вселяющий надежду на лучшее, колокольный звон. 

Не одно столетие плывет над Муромской землей колокольный звон. Грустный и веселый, медленный и быстрый он жил, сопутствуя своим мелодичным звучанием всю жизнь русского человека – от рождения до смерти. Из поколения в поколение с любовью передавалось искусство колокольного звона. Звон на Руси никогда не был застывшим. Он менялся, делался сложнее и красивее. Поэтому неизменно остается с нами желание наслаждаться звоном, слушать чистый и прозрачный голос колокола. 

Copyright © Vladimir Y. Chernyshev, 1997

Понравилось и хотите узнать больше об истории Мурома? 

 Закажите экскурсию по городу с автором этой статьи!